переступить порог, как детектив Каслана и ее помощница Лидия шумно выдохнули с облегчением, а Стюарт и остальные сыщики заметно расслабились, и на их лицах отразился глубокий покой.
— Мистер Стентон, вы целы? Вы в порядке? — наперебой принялись расспрашивать они.
Айзенгер слегка пошевелил левой рукой и ответил:
— Ранен немного, но ничего страшного.
— Ну же, не нагнетайте панику, всё это скоро закончится. Силы правопорядка уже оцепили округу и караулят этого мерзавца прямо во тьме.
— Всё из-за тех серийных убийств?
— Вышли на след подозреваемого?
— Он опасен для простых обывателей?
…
Частные сыщики сыпали вопросами один за другим, перебивая друг друга.
Айзенгер примирительно опустил правую ладонь:
— Не торопитесь, я непременно поведаю вам обо всем в подробностях и без утайки. Однако прежде мне нужно перекинуться парой слов с Шерлоком и Касланой. Мы уединимся в гостиной буквально на несколько минут.
Авторитет, который он заслужил годами безупречной службы, заставил сыщиков безропотно подчиниться, и они чинно расселись по местам.
И пускай тревога всё еще не покинула их сердца окончательно, от давешней всепоглощающей паники и готовности сорваться в любой момент не осталось и следа.
Переступив порог гостиной и плотно притворив за собой деревянную дверь, Клейн бегло окинул взглядом замкнутое пространство и внезапно вспомнил об одной детали:
«Подобная закрытая комната просто идеально подходит для применения вещей вроде „Флакона с биологическим токсином“!»
Кхм… Клейн деликатно кашлянул в кулак, неспешно подошел к противоположной стене и настежь распахнул застекленное окно.
Он по-прежнему не ослаблял настороженности по отношению к Айзенгеру Стентону, да и Каслану не считал человеком, которому можно слепо доверять.
Айзенгер окинул комнату беглым взглядом, преспокойно устроился в любимом кресле-качалке Клейна и добродушно усмехнулся:
— Возраст уже берет свое, так что сидеть в уюте мне куда приятнее.
Опустившись в соседнее мягкое кресло, Клейн повторил свой вопрос:
— Мистер Стентон, что всё-таки произошло?
Айзенгер бросил короткий взгляд на Каслану, примостившуюся по ту сторону чайного столика, и произнес:
— Мы все здесь — Потусторонние, так что тратить время на объяснение прописных истин я совершенно не вижу смысла.
— Потусторонние? — Каслана сначала недоуменно посмотрела на Клейна, затем перевела взгляд на Айзенгера. В ее глазах проскользнуло легкое изумление, которое, впрочем, тут же сменилось пониманием.
«Выходит, ты тоже Потусторонняя… Что же ты тогда спасовала перед заурядным призраком, даже не сумев понять, в чем корень беды… Хотя, вполне вероятно, твоя Последовательность попросту не приспособлена для борьбы с бесплотными духами и неупокоенными тварями…» — Клейн ответил ей таким же спокойным взглядом.
Айзенгер со слабой улыбкой продолжил:
— В свое время я четыре года учился в Ленбурге. Именно там я впервые прикоснулся к оккультному миру и стал истовым прихожанином Бога Знаний и Мудрости.
— Вернувшись в Баклунд, я мало-помалу навел мосты с армейской верхушкой, Церковью Богини Вечной Ночи и Церковью Бога Пара и Машин. И всё же официально заявить о своей природе я так и не рискнул. Уполномоченные Каратели без малейших колебаний заклеймили бы меня опасным еретиком и стерли в порошок. А остальные официальные ведомства не стали бы ввязываться в это дело, ведь заступиться за меня — значит объявить открытую войну Церкви Повелителя Бурь.
— Что и говорить, Церковь Тирана верна себе.
— Тирана? — как бы невзначай поинтересовался Клейн.
Айзенгер выудил свою неизменную трубку, но раскуривать не стал, лишь с наслаждением вдохнув аромат табака:
— Именно так в нашей Церкви принято величать Повелителя Бурь.
— Как бы там ни было, вернемся к сегодняшним событиям. Тот, кто напал на меня и отправил вам эти письма с угрозами — хозяин того самого серийного убийцы. Ха-ха, вы ведь наверняка в курсе, что исполнителем тех расправ был исполинский черный пес, принадлежащий к Пути «Дьявола». Шерлок, именно твоя блестящая наблюдательность позволила нам впервые обратить внимание на то, что убийцей может оказаться обычное животное.
Клейн улыбнулся, не подтверждая и не опровергая услышанное. Каслана тоже лишь сцепила пальцы в замок и промолчала.
Айзенгер покачал головой и усмехнулся:
— Вам не о чем беспокоиться, я вовсе не блюститель закона. К тому же, как последователь Бога Знаний и Мудрости, я лишен возможности проповедовать или создавать официальную организацию в Баклунде, поэтому мне приходится прибегать к вашей помощи и поддержке таких же людей.
«Иными словами, на тебя можно будет при случае переложить вину?» — мысленно съязвил Клейн.
Видя, что они по-прежнему не торопятся с признанием, Айзенгер продолжил:
— Хозяин того дьявольского пса — сильный мастер пятой Последовательности. Хм, насколько мне известно, пятая ступень Пути «Дьявола» именуется «Апостолом Желаний». Он способен использовать и подчинять себе эмоции и тайные страсти каждого человека, толкая его в бездну грехопадения.
— Оказавшись лицом к лицу с «Апостолом Желаний», категорически воспрещается допускать бурные эмоциональные всплески или выказывать сильные желания. В противном случае он мгновенно установит над вами удаленный контроль, заронит в душу семя порока или же напрямую спровоцирует вспышку чувств.
— Это неизбежно обнажит ваши уязвимости, заставив капля за каплей скатываться во тьму, а в критический миг — напрочь потерять самообладание, лишив возможности сопротивляться… И это лишь малая доля талантов «Апостола Желаний» — то, в чем мне удалось лично удостовериться в ходе нашей недавней схватки.
Выслушав эти объяснения, Клейн внезапно осознал истинный мотив, по которому враг подкинул им письма с угрозами и разыграл столь откровенную провокацию:
Мерзавец отчаянно жаждал вывести его из себя, заставить эмоции забурлить, дабы заронить в его душу семя порока или же катализировать взрыв чувств, обрекая на неминуемый срыв!
Подобная уловка заметно облегчила бы ему задачу при последующем нападении!
«Как же хорошо, что я — опытный Потусторонний, повидавший на своем веку немало дерзких авантюр, и в тот момент сохранял лишь ледяную бдительность да осторожность… А вот Стюарт и остальные сыщики, едва завидев письма с угрозами, наверняка поддались панике, чем этот „Апостол Желаний“ и воспользовался, заронив в их души семена уязвимости…»
«Не сумей я вовремя вернуть им самообладание мгновением ранее, в гостиной разразился бы невообразимый хаос. Это сковало бы действия официальных Потусторонних, не дав им вовремя среагировать, и подарило бы „Апостолу Желаний“ идеальный шанс для атаки…»
«Выходит, то странное ощущение замедления времени, что настигло меня в особняке Айзенгера Стентона, было вызвано тем, что мои собственные внезапные вспышки тревоги, напряжения и настороженности оказались гипертрофированно раздуты извне?»
Воскрешая в памяти недавние события, Клейн невольно почувствовал искреннее облегчение.
