проверил, нет ли там слуг, а затем отпер один из сундуков и начал рыться в нем. Через мгновение он достал четыре свитка из тонкой кожи.
– Это мои тексты по магии, – сказал он. – Я решил принести их на гору бога Шивы в надежде, что, может быть, в этом священном месте смогу найти им применение. Думал, что они помогут мне в исследованиях полетов. Но сам я никогда не владел магией. И теперь вижу, что они с самого начала предназначались не для меня. Они для тебя.
Это был поистине драгоценный подарок, тем более незнакомке. Я покачала головой.
– Это слишком.
– Прочти их, – настаивал Равана. – Время у тебя есть. Если сумеешь разобраться в них, оставь себе. Знаниями нужно делиться.
Я понимала, что вежливость требует от меня более энергичного протеста, но уж очень мне хотелось прочитать эти свитки. В библиотеке Кекайи мне так и не удалось найти больше ничего о магии, а в Айодхье я даже искать боялась. Не устояв перед искушением, я взяла свитки и стала разворачивать их на изящном письменный столе из тикового дерева в углу.
Первый оказался трактатом с выцветшими изображениями пяти элементов, нарисованными пером и красками: оранжево-красный огонь, темно-синяя вода, бледно-серый ветер, зелено-коричневая земля и желтая молния. Под каждым элементом была написана мантра. Для того чтобы создать его?
Я произнесла каждую мантру по очереди, сосредоточившись, как при входе в Плоскость Связи. Когда я произнесла последнюю, пальцы коснулись страницы, и я почувствовала легкое покалывание. Меня пронзила дрожь волнения, но повторить это ощущение я не смогла.
Следующий текст было почти невозможно расшифровать. Мне удалось понять, что сила, содержащаяся в нем, открыта последователями бога Брахмы, но и только.
Большая часть магии в этом мире принадлежала богам – я знала это. Но все же было обидно убедиться в этом вот так. Я развернула третий свиток, ожидая того же, но…
Он был посвящен Плоскости Связи. Я сразу узнала язык.
Быстро прочитала текст, так что строчки почти расплывались в глазах. А затем в недоумении прочитала еще раз, медленно.
Тут не было ничего о личных связях. Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что речь идет о связях между другими людьми. Мантра в свитке значилась другая, не та, что была мне уже знакома как дыхание. Эта мантра, по всей видимости, позволяла получить доступ к новой грани Плоскости. Ниже объяснялись техники концентрации, позволяющие усиливать или ослаблять эти связи по своему усмотрению.
Сердце заколотилось у меня в груди: я вспомнила тот день в лагере, когда Дашаратх увидел, как я управляю колесницей, и поспорил с главным конюхом. Тогда я увидела такую связь. Правда, связь между ними была неуловимой, не желала даваться мне в руки. Но если бы я знала эту мантру, то, возможно, смогла бы прикоснуться к ней.
Меня охватывало нетерпеливое предвкушение при мысли о том, что я могу сесть за стол совета и влиять не только на свои отношения с кем-то, но и на сами союзы и противостояния. Передо мной открывались невероятные возможности, и я старалась сдержать волнение.
Оглядевшись по сторонам, я поняла, что Равана удалился в другую комнату, чтобы дать мне изучить свитки в одиночестве.
– Раджа? – позвала я. Равана немедленно появился. – Можно, я испытаю кое-что на тебе?
– Конечно. – Лицо у него засветилось: его волнение было отражением моего. – Что я должен делать?
– Просто стой здесь, – сказала я и сконцентрировала взгляд на его солнечном сплетении, повторяя про себя мантру. Почти сразу почувствовал слабый проблеск чего-то, но он тут же ускользнул. Ну ничего.
Я попробовала еще раз, очистив свой разум от всего лишнего и повторяя слова более энергично. Мир закачался, как будто кто-то тихонько потянул коврик у меня из-под ног.
Странная пелена опустилась на все окружающее, окутав его серым светом. А центром этого потускневшего мира был Равана и паутина уз, расходившихся от него в виде целого гобелена светящихся нитей.
– Невероятно, – выдохнула я, шагая к нему. Я сдерживала желание пригнуться, зная, что нити на Плоскости Связи ненастоящие. До сих пор я никогда не видела нитей, которые не двигались бы вместе со мной. Казалось, в них можно запутаться и оказаться в ловушке или протянуть руку и дотронуться. Земля под ногами оставалась твердой, хотя мир вокруг потерял краски, сделавшись мутно-серым. Но я чувствовала, что нахожусь уже не вполне в своей реальности. Подняв руку, легонько коснулась нитей, однако пальцы прошли сквозь них. В конце концов, это была всего лишь магия.
– Что это? – спросил Равана.
– Ты почувствовал, когда я пыталась применить свое искусство к тебе, да? – спросила я. Он кивнул. – Скажи мне, что ты чувствуешь сейчас.
Я выбрала самую яркую и прочную связь и послала по ней поток энергии, ничего не меняя и не предлагая, просто пытаясь дать ей голос.
– Моя жена… – тут же отозвался Равана. – Мандодари. Не знаю, что ты сделала, но я теперь не могу не думать о ней. Она бы тебе понравилась. Она необыкновенно умна и красива, великий дар для нашего царства. Я так люблю ее… – Он нахмурился. – Думаю, это твое влияние – ты вытянула из меня это.
– Невероятно, – сказала я, с трудом заставляя себя поверить в происходящее. – Если позволишь, я бы хотела попробовать кое-что сделать с кем-то, кто тебе не слишком дорог.
– Только не с моей женой, – сразу же сказал он.
– Нет-нет. – Мой взгляд упал на совсем тоненькую зеленую ниточку. – Кто это?
Я чуть-чуть тронула ее.
– Я вижу незнакомца, которого встретил во время своих странствий несколько лет назад. Мы устроились с ним на ночь в одной пещере, когда шел дождь.
– Тебе до него нет дела?
– Никакого. Я и не вспоминал о нем с той ночи.
– Прекрасно, – сказала я и сосредоточилась на связи, подпитывая ее энергией. Прямо на глазах она раздулась вдвое, а затем и втрое.
– Он мне нравится, – задумчиво сказал Равана. Нить задрожала, и я не могла ее усмирить. Она раз за разом ускользала от моего мысленного прикосновения. – Очень нравится. Может, стоило предложить ему должность на Ланке?
Я послала еще один толчок, и это было уже лишнее. Связь оборвалась, как я ни пыталась помешать этому, и оба конца рассыпались в прах, в точности так же, как моя связь с Нити много лет назад.
– Нет. Я его ненавижу. – Голос у Раваны был озадаченный. – Понятия не имею, за что, но ненавижу. Ты что-то поменяла? Это то, что ты обычно делаешь?
Я моргнула, и плечи у меня устало
