летнем воздухе чувствовался холодок.
Я была не такой, как моя мать, и, что не менее важно, Дашаратх был совсем не похож на моего отца.
Через несколько дней после того, как научила мальчиков этой игре, я случайно увидела, как Дашаратх на цыпочках крадется по детскому крылу дворца. Увидев меня, он с легкой улыбкой покачал головой и приложил палец к губам. Я прикрыла рот рукой, чтобы не рассмеяться, сразу догадавшись, что мальчишки втянули его в свои игры. Дашаратх осторожно приоткрыл дверь спальни Бхараты и на несколько мгновений скрылся внутри.
– Во всех комнатах смотрел, – проворчал он, выходя ни с чем. – Они сказали, что будут прятаться где-то в этом коридоре.
– А ты уверен, что все хорошенько обыскал? – поддразнила я. Дашаратх вскинул голову в притворном негодовании.
– Я раджа Айодхьи. Думаю, я способен найти детей.
Выражение его глаз не вязалось с таким тоном: уголки их были прищурены, и он старался не улыбаться.
– Очевидно, хоть ты и раджа, твои дети тебя перехитрили, – сказала я, уже не пытаясь скрыть смех.
– Да, и я уверен, что ты знаешь, где они, – весело ответил он и сделал шаг ко мне, прижимая меня к стене.
– У меня есть подозрения.
Я осторожно прислонилась к гобелену, скрестив руки на груди.
– Как твой раджа, я приказываю все рассказать.
– Увы, раджа, моя верность принадлежит сыновьям, – ответила я со всей серьезностью.
Он поцеловал меня – очень быстро, потому что мы стояли в коридоре.
– А если я прикажу как твой муж?
Я сделала вид, что раздумываю.
– И все равно я чувствую себя обязанной хранить их тайну. Кому же они могут довериться, если не матери? – спросила я невинным тоном, и Дашаратх застонал.
– Но ты же одна из моих мудрейших советников, – не отступался он. – Так посоветуй, будь добра.
Я устало вздохнула.
– Ладно, если уж так. – Я помолчала, и Дашаратх жестом велел мне продолжать. – Их здесь нет. Пока ты считал, они убежали за дверь. Тебя обманули, о великий раджа.
Я уже видела, как мальчики разыгрывали своих наставников, и знала, что они не упустят случая проделать то же самое с отцом.
Дашаратх вскинул руки.
– Я полчаса обыскивал их комнаты, а они удрали?
Он понесся по коридору в сторону тренировочных площадок, и я следом. Выйдя на солнечный свет, мы увидели Бхарату, Шатругну, Лакшману и Раму с деревянными мечами в руках. Со стороны казалось, что они усердно тренируются. Но плечи у Бхараты слегка вздрагивали, а Лакшмана то и дело поглядывал в сторону двери.
– Вы решили, что будет забавно обмануть вашего бедного отца! – воскликнул Дашаратх, и все обернулись. – Но я вас нашел, и вам от меня не убежать!
Он бросился в погоню, и мальчики с воплями разбежались в разные стороны. Я подумала – а как поступил бы мой отец, если бы братья попытались устроить что-то подобное? Наверняка пришел бы в ярость.
Но теперь было другое время, другие цари. Мой отец уже не сидел на троне Кекайи – он отрекся от престола в пользу Юдхаджита и ушел на покой, залечивать старую боевую рану.
Дашаратх догнал Лакшману первым и осторожно повалил его на землю, подмяв под себя.
– Я поймал вашего брата! – крикнул он остальным. – Будете защищать его?
Он поднял один из деревянных мечей, брошенных в грязь, и жестом предложил Раме, Бхарате и Шатругне взяться за остальные. Бхарата первым с криком бросился на него, но Дашаратх легко отбил меч. Я смотрела, как он ловко отмахивается от всех троих сразу, и на его лице играет довольная улыбка. Позади Дашаратха поднялся на ноги Лакшмана, и я мысленно подбадривала его, наблюдая, как он неслышно подходит к отцу, а затем прыгает ему на спину. Дашаратх рухнул на колени, и остальные мальчики навалились на него. Он издал громкий крик, катаясь с ними по земле.
– Рани Кайкейи, помоги мне!
Я шагнула вперед, и мальчики оглянулись.
– Что скажете? – спросила я. – Помочь ему?
– Нет, ма!
– Стой там! – наперебой закричали они.
Я взглянула на распростертого на земле Дашаратха.
– Прости, мой раджа. Кажется, я ничего не могу сделать.
– Измена! – простонал он.
Я больше не могла сдерживать смех. Он вырвался из меня и эхом раскатился по всей округе, а вскоре смеялась уже вся семья.
Меня охватило умиротворение, легкость, какой не было уже много лет. Я на своем месте, у меня четыре прекрасных, идеальных сына, у которых будет счастливое детство – какого мне увидеть не довелось. У меня есть семья, где меня любят.
Глава 18
Уже после того, как я разрушила царство, старые слуги утверждали, будто бы сами видели, как жестоко я обращалась с Рамой, когда он был ребенком. По их словам, это доказывало, что я его с самого начала невзлюбила. Они всегда считали меня плохой матерью, и я действительно была слишком занята другими заботами. К тому времени, как моим детям исполнилось по десять лет, а мне самой – двадцать девять, идея Совета женщин распространилась за пределы Айодхьи: ее принесли в другие страны жены знати и посланников, которые воочию видели наш успех и захотели того же для себя. Мне было любопытно, как они справятся – они ведь, конечно, не видели постоянного, хотя и безуспешного противодействия со стороны более традиционных мужчин, таких, как Манав. Они не были посвящены в то, что Дашаратх время от времени встречался с мудрецами, которые выполняли свой долг, благословляя царство и восхваляя его правителя, но в частном порядке предупреждали, что Совет женщин – это переход черты. Они, конечно, не видели, какое возмездие ждало некоторых женщин из бедных семей, приходивших к нам: одну из них даже выгнали из дома и муж, и отец, после того как она рассказала нам о побоях, которым подвергалась.
Но эти женщины, которые хотели организовать свои советы, были правы в одном: сила в умении слушать, в доверии между женщинами.
К десяти годам все мальчики были хорошо воспитаны и умели прекрасно говорить, особенно Рама, поэтому я не сразу заметила, когда все пошло вкривь и вкось. Первой это поняла Аша. Как-то днем она вызвалась присмотреть за мальчиками, а когда я вернулась в свои покои, она поджидала меня.
– Ты не замечала ничего странного в Раме в последнее время? – спросила она.
Я встревоженно покачала головой.
– Он что, заболел?
– Нет! Нет, ничего такого, но…
Я вздохнула с облегчением.
– У меня есть еще кое-какие дела к завтрашнему
