я точно утащил бы ее наверх в студию. Тогда уже ни о каких ухаживаниях не шло бы и речи, а это не самый быстрый, зато самый надежный из возможных путей. Какой же я хороший мальчик, обосраться.
Выбираю тихую кофейню подальше от центра города и устраиваюсь с ноутбуком на летней террасе в тени уродских полосатых зонтов. Воздух вокруг густой и горячий, но я переношу жару куда лучше, чем сухой холод кондиционеров. Первым делом отправляю запрос на поиск одного человечка Тохе, а после разбираю накопившиеся рабочие письма: отправляю барные и кухонные заявки поставщикам, собираю отчет для Михалыча. Рутина привычно затягивает, даже не замечаю, как проходит несколько часов.
– Могу я предложить вам что-то еще? – раздается рядом благожелательный голос официантки.
– Американо со льдом и стакан воды, – отвечаю я, не поднимая головы.
– У нас неплохое обеденное ме…
Вскидываю подбородок, и девушка запинается, встретившись со мной взглядом. У меня нет привычки мучить обслуживающий персонал, если я не их начальник, и все же затупков я не терплю.
– Я слушаю.
– Эмм… у нас… – мямлит она. – Прости. Ты меня не помнишь, да?
– А должен?
– Ну-у-у… мы с тобой пересекались как-то…
Судя по ее суетливому взгляду, пересекались мы в постели. И чего она хочет? Повторения? Продолжения? Еще пару дней назад я, возможно, не отказался бы, но не сегодня.
– Мне зеленый салат и картошку с мясом в любом виде, – бросаю небрежно и возвращаю внимание монитору.
– Поняла, – печально отзывается девушка.
Отправляю очередное письмо и, оставшись один, прикрываю крышку ноутбука. Разминаю плечи, спину и смотрю на тихую улочку. За всю свою осознанную жизнь я повстречал немало разных людей, каждый со своими приколами и мировоззрением, и каждый хотел от меня что-то получить. У общения всегда есть цель, оно не бывает безвозмездным и бескорыстным. Берешь – отдавай. Отдаешь – получи, ну или отними, если не хотят платить. Я понял это еще лет в десять, а после только убеждался. Все эти красивые слова – дружба, преданность, близость – все равно сводятся к одному: взаимная выгода, – а когда ее нет, нет и интереса. Всем что-то нужно, кому-то больше, кому-то меньше: время, внимание, удовольствие, статус, поддержка, бабки, советы, помощь. Люди пользуются друг другом, и только тупицы пытаются это отрицать, накидывая пуха на свою дорожку, чтобы ступать было мягче. Гребаные неженки в белом пальто. Я нужен Ане, это понятно. Она наверняка оправдывается чувствами, любовью и прочей херотой и считает, что только этого и будет достаточно. Ни хуя не будет. Чтобы все сработало, а не закончилось через пару недель или месяцев очередным: «Я тебя ненавижу, Никита! Возвращайся к братьям своим чертям!» – нам придется выяснить, что именно каждый искренне хочет получить от другого. И узнать, сможем ли мы оба обеспечить выгодный обмен.
Звонит телефон, и я тут же принимаю вызов.
– Нашел?
– Обижаешь, Клим. По номеру машины я тебе кого угодно найду. Уже скинул телефон, почту и ссылки на страницы в соцсетях.
– Красавчик, – ухмыляюсь я, открывая на ноутбуке входящее письмо, и перехожу по одной из ссылок.
С фотографии профиля на меня смотрит веселый типчик в клетчатой рубашке – Матвей Пустовитый. Имя собачье, а фамилия лоховская. Аня, ну ты даешь. Куда вообще смотрела? Может, у него, конечно, вместо члена волшебная палочка, но я уверен, моя палка все равно круче.
– Этот бедолага хоть выживет? – посмеивается Тоха.
– От него будет зависеть.
– Что он тебе сделал?
– Ему просто не подфартило. Сколько я должен за хлопоты?
– Клим, ну ты чего? Это я тебе все еще должен.
– Ты уже давно отплатил.
– Это вряд ли. Катька все еще о тебе спрашивает иногда.
Вспоминаю его младшую сестру, которая лет шесть назад влипла в одну дебильную историю. Мы тогда с Тохой все стройки облазили, еле успели.
– Как у нее дела?
– Хорошо. В медицинский колледж в том году поступила.
– Не новая секта, и ладно.
– Это точно, – напряженно вздыхает Тоха. – Ты сам как? Снова в городе?
– Да, приехал ненадолго.
– Дела или проблемы?
– Комбо.
– Если нужно будет…
– Я знаю, Тох.
– Ты заезжай, если что. Я, как всегда, на точке.
– Конечно. Ты тоже обращайся.
– Да мне пока никто так не насолил, чтобы помощи у тебя просить.
– Пока, шутник.
– Бывай, бандюга.
Официантка приносит обед, но в диалог со мной больше вступить не пытается. Понятливая, это похвально, заработала себе на чай. Быстро закидываю топливо, отправляю сообщение Матвею с коротким заявлением, которое он вряд ли сможет проигнорировать: «Я знаю, кто разбил твою тачку», – и возвращаюсь к работе. Проходит еще несколько часов, небо заволакивает оранжевой дымкой, и я наконец-то закрываю ноутбук. С основной частью дел покончено, взгляд тянется к телефону. Там во входящих висит один диалог, который я никак не могу уговорить себя посмотреть, а на заднем сиденье машины все еще валяется папка с документами, куда я тоже не заглядывал. Даже касаться ее не хочу, надежда только на брата Макса. Главное, чтобы тот неожиданно всплывший кусок дерьма протянул еще немного и не сдох раньше времени.
Расплачиваюсь по счету, оставив достойные чаевые, и направляюсь к машине. По пути меня настигает еще один телефонный звонок, имя на экране заставляет брезгливо прицокнуть. Сажусь за руль, завожу мотор и открываю все окна, чтобы выгнать из салона скопившийся жар, и только после жму на зеленую кнопку смартфона.
– Чего тебе? – грубо спрашиваю я.
– Не хочешь извиниться?
– И в мыслях не было.
– Тогда и я не буду.
– Вась, ты вчера не наговорился? Еще раз выхватить хочешь?
– Не надо меня пугать, Клим. Ты мою рожу видел? Я сейчас сам кого хочешь заставлю обоссаться, – цедит он.
– Значит, стоит сказать мне спасибо.
– Я бы послал тебя, но вижу, ты и так оттуда.
– Ага, частенько там бываю. Давай уже рожай, ты ведь не в остроумии попрактиковаться звонишь.
– Я не могу дозвониться до Ани. – Он мгновенно меняет тон разговора. – Не знаешь, где она?
– Днем была дома.
– То есть ты все-таки…
– Слушай меня, дружок, – теперь и я заговариваю серьезно, – не тебе решать эти вопросы. У тебя нет права голоса. Ты понял? Посмотри на свою жизнь и оцени, можешь ли ты вообще раздавать советы другим.
– Думаешь, я жалею о сказанном вчера? Я и на трезвую тебе то же самое повторю. Да, я сам косячник, но по отношению к Ане у меня, в отличие от тебя, нет никакого шкурного интереса. Я могу быть для нее нормальным другом, позаботиться, поддержать, когда нужно. А что
