Джо Бреннер
Беспощадная Игра
1
Авива
— Ты уверена, что хочешь это сделать? — спросила Това, моя лучшая подруга, сообщница и верная спутница во всех безумствах.
Мы стояли плечом к плечу перед большим колониальным особняком, стены которого густо обвивал плющ. Здесь жили звёзды хоккейной команды университета Рейны.
Из распахнутых окон и открытой входной двери доносилась громкая музыка. Студенты, опьянённые началом учебного года, высыпали на улицу: полуголые, пьяные, хохочущие. Они словно пытались выжать из уходящего лета последние капли веселья.
На мгновение я им позавидовала. Их беззаботности. Их способности просто наслаждаться жизнью.
Они веселились в доме хоккеистов, даже не подозревая, какая тьма скрывается за блестящим фасадом этого спорта.
А я знала.
И если всё пойдёт по моему плану, скоро узнают и они.
Я собиралась об этом позаботиться.
— Мы ещё можем отказаться от плана Б. И от плана А тоже, — предложила Това. — Вернёмся домой, смоем этот чёртов макияж, переоденемся в спортивные костюмы и включим «Теда Лассо».
Признаюсь, предложение звучало заманчиво.
Но я должна была довести начатое до конца. Ради моего брата Ашера. Ради справедливости, которой его лишили.
А для этого мне предстояло изучить противника и выяснить, кто из хоккеистов мог бы стать моим союзником.
Я машинально коснулась шрама на груди. Скрытый под топом с высоким воротником, он служил постоянным напоминанием обо всём, что я потеряла. И о том, почему оказалась здесь.
Ради Ашера.
— И вообще, ты же обожаешь Теда Лассо, — с надеждой добавила Това.
Я одёрнула чёрную юбку, стараясь прикрыть округлый живот, поправила велосипедки под ней, отбросила назад густые каштановые кудри и расправила плечи.
Я принадлежала к тем девушкам, которых из вежливости называли «пышными», «с формами» или просто «полными».
И, по большей части, меня это устраивало.
Мне нравилось моё тело. Его мягкие изгибы, складочки, ямочки и растяжки. Я давно смирилась с необходимостью носить велосипедки под юбками и платьями, чтобы бёдра не натирали друг друга.
И почти научилась не обращать внимания на тех, кто считал, будто имеет право судить меня по размеру одежды.
Да пошли они к чёрту.
По крайней мере, обычно я именно так и думала.
Иногда чужие слова всё же задевали. Но сегодня мне было не до этого.
У меня имелись проблемы посерьёзнее.
Например, миссия, ради которой я сюда явилась.
Шпионить за хоккейной командой, пытаясь выяснить, кто из игроков согласится стать моим информатором, было рискованно.
Но я любила брата.
Ненавидела видеть, как он замкнулся в себе. Как сорвал со стены спальни плакат Уэйна Гретцки. Как перестал даже ворчать, когда я случайно приносила домой апельсиновый сок без мякоти.
Я была готова рискнуть чем угодно, лишь бы снова увидеть его кривоватую улыбку.
— Мы это сделаем, — твёрдо сказала я.
Това тяжело вздохнула и взяла меня под руку.
— Тебе чертовски повезло, что я отличный журналист-расследователь. И что я тебя люблю. Ладно, пошли.
Вместе мы вошли в дом.
Вечеринка была в самом разгаре.
Слева девушки отплясывали прямо на столах. Справа четверо студентов расположились на винтовой лестнице, передавая друг другу косяк и заливаясь смехом.
— Для начала найдём Четвёрку, — сказала Това, увлекая меня за собой.
— Четвёрку? — переспросила я.
— Четырёх лучших хоккеистов Рейны. Уже не помню, кто первым их так назвал, но прозвище прижилось. Скоро сама поймёшь почему.
Она повела меня сквозь толпу незнакомых студентов, которые провожали меня любопытными, а порой и подозрительными взглядами.
Я их не винила.
Я была новенькой. Перевелась в этот университет Рейны на последнем курсе и практически никого здесь не знала. Большинство же студентов были знакомы друг с другом годами.
К тому же их подозрения были вполне оправданны.
Как говорится, я пришла сюда не друзей заводить.
Я пришла добиться справедливости для брата.
И точка.
Мы вошли на кухню, где беседовали четверо парней.
Вот она, знаменитая Четвёрка.
Теперь я понимала, откуда взялось прозвище.
Даже среди шумной толпы эти четверо выделялись. Высокие, внушительные, с какой-то почти осязаемой уверенностью в себе. Они словно возвышались над остальными, причём дело было далеко не только в росте.
Их присутствие ощущалось даже с порога.
Знал ли кто-нибудь из них, что на самом деле случилось с Ашером?
Было ли им не всё равно?
Может, кто-то из них тоже пострадал?
Това негромко кашлянула, привлекая моё внимание.
— Итак, начнём с близнецов. Леви и Джуда Вассерман. Оба играют в первой паре защитников. Видишь того, в очках, с таким серьёзным лицом? Это Леви. А парень с волосами, собранными в пучок, Джуда. Он искренне считает себя и свою причёску подарком всем женщинам мира.
Она закатила глаза.
— По отдельности они словно мозг и мускулы. А вот вместе... — Това выразительно передёрнула плечами. — Лично я, конечно, не проверяла, но, по слухам, они любят делиться.
Я удивлённо приподняла брови.
— Вот это уже интересно.
Това пожала плечами.
— В Рейне вообще творятся довольно дикие вещи. Сама увидишь.
После этого многообещающего заявления она перевела взгляд на следующего парня и нахмурилась.
— Видишь кудрявого красавчика с ямочками на щеках и самодовольной ухмылкой? Это Айзек Джонс. Бабник каких поискать. Наверняка даже в постели не закрывает рот. Может, тебе подойдёт, если план А провалится...
— Он тебе не нравится?
Това покачала головой. Её кудри, в этом месяце выкрашенные в фиолетовый, подпрыгнули.
— Он для меня никто. Совершенно неважный человек.
Я заинтересованно приподняла бровь.
— Может, поговорим о том, почему ты так остро на него реагируешь?
Она закатила глаза.
— Только не начинай меня анализировать, доктор Голд. Клянусь, ты занимаешься этим с самого нашего знакомства.
— Будущий доктор Голд, — поправила я.
Когда-нибудь я действительно надеялась стать доктором Голд.
После смерти родителей нас с Ашером забрала к себе тётя Глэдис. Именно она отправила нас к психологу, чтобы помочь пережить утрату.
Эбби оказалась невероятно доброй, мудрой и терпеливой. Во многом благодаря ей мы смогли справиться с горем и постепенно оправиться от травмы.
С тех пор я мечтала стать психологом. Хотела помогать другим так же, как когда-то Эбби помогла нам.
А пока мне оставалось лишь поддерживать Ашера, который продолжал посещать психотерапевта.
— Как скажешь, — отозвалась Това.
Она снова прочистила горло и посмотрела на высокого, крепко сложенного парня с прямыми тёмными волосами.
— А это... ну, это Джек.
В её голосе появилось что-то странное.
— Капитан хоккейной команды. Король «Королей». Да и вообще король всего кампуса. Он лучший снайпер команды
