увидеть мой шрам.
Джек обещал оплатить пластическую операцию.
И та забота, та непоколебимая решимость, с которой он дал мне это обещание, что-то во мне изменили.
— Спасибо, — повторила я.
Его глаза казались почти серебряными.
— Тебе не за что меня благодарить. Никогда.
Он кивнул в сторону примерочной.
— А теперь иди. Примеряй для меня платья.
Когда я вошла в примерочную, продавщица протянула мне первый наряд.
Чёрное облегающее платье из бархата, с драпировкой на талии и высоким воротом.
Я взглянула на бирку, морально готовясь увидеть какую-нибудь астрономическую сумму.
Но цены на ней не оказалось.
— Сомневаюсь, что это означает «бесплатно», — пробормотала я себе под нос.
Насколько богатым нужно быть, чтобы тебя вообще не интересовала стоимость вещей?
От одной этой мысли меня замутило.
А от следующей и вовсе закружилась голова.
У Джека были деньги, позволявшие покупать одежду в подобных местах.
И он хотел тратить их на меня.
Я натянула платье через голову, расправила ткань и вышла из примерочной, чтобы показаться Джеку.
Он сразу покачал головой.
— Сексуально. Но нет.
Продавщица вздохнула и протянула мне следующий наряд.
Ярко-синее платье с пышной фатиновой юбкой до колен и шёлковым лифом.
Вырез в форме сердца наверняка смотрелся бы красиво, но, едва увидев его, я невольно поёжилась.
Почему она проигнорировала просьбу Джека о закрытом верхе?
— Нет, — рявкнул он прежде, чем я успела даже взять платье.
Я приоткрыла дверь примерочной и выглянула наружу.
— Что я сказал насчёт выреза? — спросил Джек у продавщицы.
Она кокетливо поправила волосы.
— Этот фасон будет прекрасно на ней смотреться. Разве вы не хотите, чтобы ваша подруга выглядела красиво?
— Девушка, — поправил он.
Моё сердце забилось быстрее.
— Она моя девушка. И она хочет платье с закрытым верхом. Значит, ты будешь приносить ей платья с закрытым верхом. Понятно?
Девушка.
Так вот кем я теперь была?
Он шантажировал меня.
Занимался со мной сексом, когда моё согласие было, мягко говоря, сомнительным.
Когда-то обращался со мной так, словно я вообще ничего не значила.
Да, между нами многое изменилось.
Но я даже не подозревала, что в голове Джека всё зашло настолько далеко.
Хотела ли я быть его девушкой?
И, что гораздо важнее, был ли у меня вообще выбор?
— Девушка? — переспросила я, вопросительно приподняв бровь.
— Ага, — отчеканил он. — Есть возражения?
Прежде чем я успела ответить, продавщица заметила, что я выглядываю из примерочной, смерила меня раздражённым взглядом и демонстративно удалилась за новыми нарядами.
Через некоторое время она вернулась с целой охапкой платьев на изящных вешалках, украшенных бусинами. Оставила их мне и снова ушла.
Я примеряла одно платье за другим.
И каждый раз Джек качал головой.
Нет.
Нет.
И снова нет.
С каждым новым отказом во мне всё сильнее просыпалась неуверенность.
Неужели я настолько ужасно выглядела в платьях, что мне вообще ничего не подходило?
Все эти годы я упорно училась не позволять своему размеру определять моё отношение к себе.
Мне и без того хватало переживаний из-за шрама.
Ненавидеть ещё и собственное тело я не собиралась.
Но подобные моменты всё равно причиняли боль.
И отрицать это было бессмысленно.
Тогда я заметила последнее платье.
Бордовое, длиной до колен, с боковым разрезом, целиком покрытое изящным кружевом.
Я надела его, застегнула молнию и посмотрела на своё отражение.
Оно мне нравилось.
Очень.
Но понравится ли Джеку?
Это не должно было иметь значения.
Однако платил он.
И мне хотелось, чтобы платье понравилось ему тоже.
Мне хотелось, чтобы он...
Нет.
Даже не начинай, мысленно одёрнула я себя.
Я открыла дверь примерочной и медленно вышла.
Остановилась перед Джеком, заранее готовясь к тому, что он отвергнет и этот вариант.
Но Джек молчал.
Просто смотрел на меня.
Его кадык дёрнулся.
Серые глаза словно вспыхнули расплавленным серебром.
— Тебе не нравится, — разочарованно произнесла я.
А ведь мне казалось, что бордовое кружево прекрасно на мне смотрится, но...
— Не нравится? — Его голос внезапно охрип. — Ещё никому не удавалось лишить меня дара речи.
В следующую секунду он уже поднялся с кресла и пересёк комнату.
Одной рукой обнял меня за талию.
Пальцы другой запутались в моих волосах.
И он поцеловал меня так, как не целовал никогда прежде.
Слова были не нужны.
За него говорили прикосновения.
Он хотел меня сильнее, чем хотел дышать.
Нуждался во мне сильнее, чем в кислороде.
И я чувствовала то же самое.
— Мы его берём, — громко объявил он, увлекая меня обратно в примерочную.
— Джек, оно наверняка стоит миллион долларов.
— Маленькая фурия, оно может стоить хоть миллиард. Мне плевать. Это платье словно создано для тебя. А я, похоже, создан для того, чтобы снимать его с тебя.
Он закрыл за собой дверь и опустился передо мной на колени.
— Джек...
— А тебе разве позволено говорить «нет»? — поддразнил он.
— Джек! — Теперь я уже по-настоящему разозлилась.
— Тише. Мы ведь не хотим, чтобы она нас услышала.
Он приподнял подол моего платья и приблизился ко мне.
Я замерла, ошеломлённая его внезапной дерзостью.
На этот раз уже я забыла, как дышать.
Впрочем, кому вообще нужен воздух?
33
Джек
Неделю спустя я стоял перед зеркалом, поправляя галстук перед ужином выпускников, и никак не мог выбросить из головы Авиву в том тёмно-красном платье.
Вкус её киски тем утром.
И почти каждым утром после него.
Между нами всё стало... другим.
Я назвал её своей девушкой, потому что именно так её и воспринимал. Хотя само слово «девушка» казалось до смешного обыденным по сравнению с тем, что я к ней чувствовал.
И всё же, несмотря на то что наши отношения наконец обрели какое-то подобие стабильности, я не был уверен, что Авива осталась бы со мной, будь у неё настоящий выбор.
Между нами по-прежнему всё было зыбко.
И я никак не мог отделаться от предчувствия, что над нами сгущаются тучи.
Я раздражённо дёрнул галстук.
Слишком туго.
Сегодня Авива встретится с тренером.
Лицом к лицу.
А я, Джек Фельдман, человек, привыкший всегда и во всём быть уверенным, понятия не имел, чем закончится эта встреча.
— Джек! — донёсся из-за двери моей комнаты голос Айзека. — Нам пора ехать.
Что ж.
Похоже, пришло время взглянуть грёбаной реальности прямо в глаза.
Когда мы подъехали, Авива уже ждала нас возле своего дома.
Ворота по-прежнему были сломаны.
Меня бесило, что она живёт в таком небезопасном месте. Нужно будет нанять кого-нибудь, чтобы починили калитку. И установить дополнительные замки на её дверь.
Или всё-таки принять предложение Маркуса купить мне квартиру
