Смысла смотреть «более глубоко» в историю не было, там Калгари, Сараево… Короче говоря, выбор был откровенно невелик.
Еще хуже обстояли дела с летней олимпиадой 2004 года, хозяев которой выбирали прошлым летом. Заявок на проведение этого праздника спорта изначально было… Одна. От Пекина. Но после ядерных событий прошлого года ее как-то тихо «сняли с дистанции», да и китайцам, если честно, стало резко не до того. В итоге впервые в истории так вышло, что желающих проводить олимпийские игры просто не нашлось. Ноль стран-претендентов.
Прямо сейчас мы вели переговоры с МОК о том, чтобы взять проведение олимпиады на себя, — летней, по зимней вроде как ГДР удалось уломать, мы немцам обещали помочь в случае чего, — и главным нашим условием был переезд штаб-квартиры организации из швейцарской Лозанны куда-то на восток. В любую из стран соцблока по выбору. «Олимпийцы» ломались как могли, но, опять же, вариантов у них было не так уж много, особенно в разрезе утраты Швейцарией нейтрального статуса.
— Товарищ генеральный секретарь, — мы сидели на специально сооруженной трибуне фактически за пределами Ленинграда, в Пушкине, где начинались и заканчивались кольцевые лыжные гонки, проходящие по предместьям северной столицы. Зрелище, как мне кажется, сомнительное максимально для живого болельщика, но и не посетить пару соревнований Олимпиады я просто по должности не мог. — Звонили из МИДа, там в Эр-Рияде что-то происходит, наш посол говорит, что на улицах города бронетехника ездит и слышится стрельба.
— Хорошо, — кивнул я и добавил: — Назавтра на десять часов собери совещание… По списку, сам знаешь кого, будем разбираться в ситуации…
— Опять дела? — недовольно буркнула наблюдавшая за этой сценой Иванна. Мы в Ленинград прилетели всей семьей и вообще-то планировали провести несколько дней вместе. Но, видимо, не судьба.
— Все завтра, — отмахнулся я, — сегодня я только твой…
В итоге, правда, в Москву я так и не поехал, мне предложили освоить совершенно новую технологию — во всяком случае для СССР и на бытовом, так сказать, уровне, а не на профессиональном — видеоконференций. У нас в Союзе только годом ранее начали производить условно «бытовые», то есть домашние цифровые камеры, их качество все еще оставляло желать сильно лучшего, 160×120 пикселей у самой продаваемой модели, задержки, обрывы, бесконечные тормоза, но, конечно, сама теоретическая возможность видеозвонка стала сама по себе настоящим прорывом.
Для меня, конечно, подготовили камеру чуть приличнее, дающую разрешение 320×240, ну и возможность подключиться не по модему, а сразу по оптике убирала большую часть проблем, так что на таком уровне технология уже была не просто теоретически рабочей, но и вполне комфортной. А то, что лица товарищей на экране монитора — все еще пузатого, оснащенного электронно-лучевой трубкой, поскольку нормальные экраны приемлемого качества на жидких кристаллах у нас еще только разрабатывались и в массовое производство должны были пойти где-то с начала 15-й пятилетки, — выглядели слегка размытыми, так это не страшно, я поди и так прекрасно знал, как кто выглядит.
— Ну что скажете, товарищи? Какие планы на урожай?
О том, что в Саудовской Аравии, что называется, «назревает», мы знали давно. И, собственно, способствовали этому всеми доступными силами, в том числе и неочевидными. С чего бы это саудиты в такой ситуации на Бахрейн полезли, казалось бы? А потому что мы им дали отмашку «можно».
Тут нужно уточнить один неприятный момент — тот самый шейх Али Салман, пришедший к власти на острове в том числе и благодаря нашей поддержке, получив власть, как-то подозрительно быстро забыл о своих обещаниях и тут же принялся играть в «многовекторность», совершив настоящий вояж по разным странам, включая ЕС, США, Индию и Китай, не забывая при этом второй рукой укреплять свою власть, выхолащивая молодые республиканские институты и превращая себя фактически в монарха, пусть даже некоронованного. Москву это, конечно, устраивать не могло, поэтому мы, пользуясь бессмертным римским принципом «divide et impera», очень быстро переключились на диалог с арабскими странами Персидского залива и договорились с ними о показательной порке зарвавшегося прокси.
И одновременно с этим, когда в Заливе уже вспыхнула очередная «маленькая победоносная война» и первые ракеты начали взлетать в воздух, наши люди начали активно обрабатывать принца Фейсала в том ключе, что пора заканчивать со странной геронтократической системой преемственности власти в стране и начать строить нормальную династию с передачей титула от отца к сыну. Под сыном, естественно, подразумевался сам Фейсал, который хоть и был достаточно популярной «медийной» персоной в стране, какой-то реальной властью фактически не обладал. Предполагая передать власть младшему брату, действующий король Фахд на все реально важные посты назначал именно младших братьев, а старший сын у него занимал должность министра социальной политики и главы национального олимпийского комитета. Сомнительный трамплин для совершения государственного переворота, с какой стороны ни посмотри.
— Прошлой ночью автомобиль, в котором ехал наследный принц Абдалла, попал в засаду и был обстрелян из крупнокалиберного пулемета, получил больше полусотни попаданий и фактически превратился в груду металлолома, сам принц, конечно же, погиб…
— Представите потом наградные листы, я подпишу, — моя реплика заставила торчащие в «квадратиках» головы на моем мониторе улыбнуться, никто по поводу того, друзья нам саудиты или враги, никаких иллюзий не питал.
Самое смешное, что даже в описанной ситуации эти твари продолжали пытаться нам гадить. Вот, казалось бы, мир летит в тартарары, привычная система политических отношений рухнула, США уже не стоят за твоей спиной с дубиной, опять же фактически именно СССР спас Саудовскую Аравию от превращения из обычной пустыни в ядерную, приструнив Израиль. И как Эр-Рияд отреагировал на это все? Начал помогать беженцам из Африки переправляться через Красное море и подвозить их к границам «Великой Сирии». Там, на территории бывшего Ирака, Дамаск хоть и установил формальный суверенитет, реально пока еще слабо контролировал берега Тигра. Вот вдоль реки эти десятки тысяч африканских «беженцев» в сторону СССР и валили сплошным потоком. Ну и плюс среди беженцев, в том числе и пакистанских, почти сразу начали выявлять подготовленных саудитами проповедников, которые пытались вербовать себе паству, распространяя ваххабитские бредни.
Короче говоря, стало окончательно понятно, что дружить с этой «бешеной собакой» у Союза не получится, а значит, пора выписать ей билет на 9 грамм свинца. Тем более когда, если не сейчас, решать такие вот геостратегические задачи.
— Обязательно, товарищ генеральный секретарь, — без намека на усмешку кивнул генерал Павлов. — После смерти действующего
