года всю половину Союза успел объехать, три раза за границей побывал, только вон с Кубы прилетел…
— А я смотрю, ты загоревший, весь такой посвежевший.
— Ну да, стал спать лучше, меньше нервничать, больше отдыхать, — а ты, наверное, все так же и работаешь по пять-шесть дней в неделю, нарушая КЗоТ?
С 2020-го года СССР полностью перешел на четырехдневную 32-часовую рабочую неделю. Путь к ней вышел долгим, но зато после этого средняя удовлетворенность жизнью в Союзе выросла многократно. Хуже того, вслед за страной Советов были вынуждены менять свое трудовое законодательство и другие — в том числе еще не перешедшие на социалистический путь развития — страны. Потому как пропаганда пропагандой, а рассказывать, что коммунисты уничтожают свой народ тяжелым трудом, одновременно установив 32-часовую рабочую неделю без сокращения оплаты труда, оказалось достаточно сложно. Некоторые страны, в частности европейские, столкнулись с еще одной волной оттока трудовых мигрантов, которые двигали на восток за лучшей — в том числе и более простой — жизнью.
Сложно сказать, насколько это правда или нет, но отдельные политические аналитики называли в том числе и громко разрекламированное Союзом сокращение рабочего времени как одну из причин фактического развала странного фашиствующего образования под названием Европейский союз. Там в целом все было перманентно плохо последние сорок лет с самого его образования, экономика в отсутствие внешних рынков сбыта стагнировала, мобилизация населения под предлогом борьбы с красной угрозой смогла подарить первое десятилетие строительного бума, но дальше ЕС уперся в предел роста, в то, что запасенный в более тучные времена жирок уже проеден, а ресурсов для дальнейшего развития просто нет. Европа, бывшая центром мира последние пятьсот лет, окончательно потеряла свой лидерский статус и скатилась до положения периферии социалистического лагеря.
— Разрешаю набор магнитного поля.
— Тороидальные катушки — питание.
— Десять процентов.
— Тридцать.
— Шестьдесят.
— Девяносто.
— Магнитное поле достигло номинальных значений. Стабильно.
Голос оператора отвлек собравшихся гостей от их разговоров и заставил вновь переключить внимание на непосредственно главное действие сегодняшнего дня. К сожалению, в отличие от всех фантастических фильмов, напичканных самой современной компьютерной графикой, никаких спецэффектов термоядерный реактор продемонстрировать стороннему наблюдателю не мог. Если бы действие происходило не в реальности, а в фильме, режиссер обязательно не преминул бы показать разгорающееся в магнитной ловушке «маленькое солнце». В реальности, конечно, оно тоже разгоралось, вот только весь процесс был скрыт за толстыми металлическими стенками и кучей совершенно непрозрачного навесного оборудования токамака. Так что о происходящих внутри процессах собравшимся можно было только догадываться, исходя из собственных теоретических знаний. Ну или наблюдать выведенную на отдельный экран трехмерную графическую визуализацию процесса.
— Полоидальная система?
— Готова к захвату.
— Центральный соленоид?
— Заряжен.
— Конфигурация поля?
— Подтверждена.
— Даже не верится, что получилось дожить до этого дня.
— Рабочий газ.
— Подача разрешена.
— Давление в камере — пусковое.
— Примеси?
— Ниже допуска.
— Первая стенка?
— Тепловой режим штатный.
— Посты, доклад по готовности, — на экране было видно, что на этот раз микрофон взял в руки не простой сидящий за пультом оператор, а сам начальник будущей станции в наброшенном прямо на костюм белом халате.
— Магнитная система — готова.
— Вакуум — готов.
— Криогеника — готова.
— Теплосъём — готов.
— Топливная система — готова.
— Диагностика — готова.
— Защита — готова.
— Турбинный остров — готов.
— Генератор — готов к синхронизации.
По актовому залу, где еще недавно в воздухе витала совершенно непринужденная атмосфера, как будто мгновенно разлилось общее волнение. Вроде бы в успехе никто не сомневался, вероятно, перед непосредственным «зачетным» запуском все было проверено не раз и не два, но все же… Слишком уж важный был момент, причем не только для группы ученых или отдельной страны, а для всего человечества.
— Центральный пост, подтверждаете готовность энергоблока к первому физическому пуску? — Последнее уточнение перед самым главным моментом. Опять же понятно, что если бы что-то было не готово, то, вероятно, отвечающие за тот или иной участок люди доложили бы и без дополнительных вопросов, но протокол есть протокол.
— Подтверждаю.
Директор станции достал из кармана «ключ-карту», продемонстрировал ее в камеру, причем, судя по тому, как у него подрагивали руки, волновался мужчина тоже прилично.
— Ключ запуска… Установлен.
— Подтверждено, — отреагировал сидящий рядом оператор.
— Разрешение на импульс выдано.
На экранах в этот же момент пошел последний отсчет, десять секунд до исторического события, которое должно открыть человечеству если не путь к звездам, то хотя бы к освоению Солнечной системы.
— Автоматика пуска принята.
— Соленоид — разряд.
— Магнитная конфигурация подтверждена.
— Разрешение на пробой.
— Высоковольтный импульс.
— Пуск! Есть пробой.
— Плазма есть.
— Ток плазмы — сто килоампер… триста… восемьсот…
— Захват устойчивый.
— Плазменный шнур сформирован.
— Начать разгон!
По залу прокатился восхищенный вздох. Много лет ученые шутили про «постоянную Капицы», что в любой момент времени до создания полноценного промышленного термоядерного реактора остается тридцать лет.
— Температура сто миллионов.
— Плотность номинальная.
— Время удержания растёт.
Ну а потом прозвучали те слова, которых, наверное, ждали больше всего…
— Подтверждаю выход на рабочую мощность! Товарищи, я вас поздравляю с тем, что постоянная Капицы сегодня официально канула в Лету! — Голосом директора станции прозвучало поздравление всех собравшихся и причастных, в ответ раздались аплодисменты, кто-то совсем по-хулигански засвистел, заставляя нервничать охрану «Самого».
Так, в общем-то, буднично человечество вошло в эпоху термоядерной энергии.
Эпилог 5
Лекция
13 апреля 2070 года; Москва, Советска Федерация
ТЕХНИКА-МОЛОДЕЖИ: Новая веха в деле покорения космоса
Несмотря на выдающиеся достижения науки и техники, человечество продолжает летать в космос на химических ракетных двигателях, принципиально мало отличающихся от использовавшихся ещё полвека назад. Необходимость поднимать вместе с полезным грузом сотни тонн топлива остаётся одним из главных препятствий на пути широкого хозяйственного освоения не только дальнего космоса, но даже ближайших окрестностей Земли.
До космического лифта или описанной фантастами нуль-транспортировки человечество пока не доросло. Следовательно, необходимо искать решения, осуществимые уже на нынешнем уровне развития техники.
Именно таким решением призвана стать электромагнитная катапульта, строительство которой развёрнуто в горном районе Памира. По проекту разгонная трасса протяжённостью около 100 километров будет подниматься вдоль горного массива, заканчиваясь на высоте приблизительно 6000 метров над уровнем моря.
Мощные линейные электродвигатели разгонят
