Горбачёва о том, что человечество вступает в такой этап своего развития, когда решение важнейших экономических, экологических, научно-технических и социальных задач уже невозможно в рамках обособленных национальных хозяйств. Только объединив усилия, народы смогут перейти к следующей ступени общественного развития, приблизить построение подлинно коммунистического общества и открыть дорогу к дальнейшему освоению космоса, к звёздам.
При этом участники пленума особо подчеркнули: речь не идёт о поспешном установлении каких-либо сроков или механическом устранении существующих государственных форм. Интеграция должна развиваться постепенно, на основе добровольности, равноправия и накопленного практического опыта.
В качестве первого шага принято решение создать постоянную комиссию по углублению сотрудничества, унификации хозяйственного и трудового законодательства, а также по расширению полномочий общеэкономических плановых органов СЭВ. Предполагается постепенно усилить координацию национальных планов и контроль союзных органов за выполнением крупнейших межгосударственных программ.
На ближайшую перспективу обсуждается передача части полномочий в области валютного регулирования от национальных государственных банков единому Банку СЭВ. Не исключается и последующее введение общей полноценной единой валюты, что значительно упростит банковские и наличные расчёты, торговлю и свободное перемещение граждан.
Среди других возможных мер названы создание общего энергетического рынка, единой транспортной сети, согласованных социальных стандартов, взаимное признание дипломов и трудовых квалификаций, отмена оставшихся ограничений на передвижение граждан, а также формирование совместных научных, космических и инфраструктурных программ.
Исторический опыт убеждает: объединение является сильнейшим оружием народов против империалистической эксплуатации, неравенства и экономической зависимости. Развитие производительных сил само ставит перед человечеством вопрос о преодолении национальной раздробленности. И чем дальше будет двигаться прогресс, тем очевиднее станет: будущее принадлежит не соперничеству государств, а их объединению в единое содружество народов Земли.
— Что сказали?
— Сказали: «Держаться», — в голосе генерала не было ни капли радости. — Сказали, что уже готовят к выходу корабли с Балтики и из Мурманска и что нужно задержать англичан на пару дней, прежде чем прибудет «кавалерия из-за холмов».
— Пиздец! Ну почему все так каждый раз? Какая-то бесконечная задница! Кто мешал заранее подготовиться, почему… — Майор, которому предстояло теперь непосредственно организовывать оборону Эдинбурга имеющимися в наличии силами, только махнул рукой, выдохнул и кивнул в сторону разложенной на столе карты. — Давайте сначала сами прикинем, что и как делать, а потом пойдем с горцами общаться на предмет имеющихся у них ресурсов.
Советские специалисты появились в Шотландии едва ли не в день провозглашения ее независимости. На самом деле еще раньше, конечно же, более того, кое-кто из горцев в преддверии исторических событий успел пройти в СССР — ну хорошо, не в Союзе, но на контролируемых им военных базах в третьих странах — кое-какую боевую подготовку, поскольку вопрос о привлечении военнослужащих Британской армии шотландского происхождения до последнего висел в воздухе. То ли получится, то ли нет, а создавать свою армию все равно как-то надо.
Собственно, главной задачей, поставленной командованием перед спецназом, было, во-первых, взятие контроля над английскими военно-морскими базами, где квартировали стратегические АПЛ, а при невозможности этого — уничтожение тех самых АПЛ, а во-вторых, помощь в интернировании и выдворении с территории молодого государства не подчинившихся Эдинбургу воинских частей. И если с первым удалось справиться без больших сложностей, то со вторым дело оказалось сложнее. Англичане, глядя на творящийся вокруг звиздец с развалом привычного мира, оказались достаточно деморализованы, чтобы отказаться от активных действий и не пытаться танками сходу задавить «бунтовщиков», но при этом недостаточно, чтобы просто поднять лапки и сдаться.
Пришлось в течение двух месяцев носиться по всему северу острова и где уговорами, где угрозами, а где и просто подкупом — максима про нагруженного золотом осла спустя две тысячи лет оставалась все так же актуальной — договариваться о выходе чужих теперь уже военнослужащих на юг. При этом всем желающим предлагали остаться и влиться в стройные ряды Армии Обороны Шотландии, которую фактически еще только предстояло сформировать. Вообще шотландцев в армии Соединенного Королевства всегда было заметно больше, чем среднего. При том что всего шотландцев было примерно 8%, в армии их было примерно 12%, впрочем, по давней имперской традиции большую часть горцев — весьма предусмотрительно, что, впрочем, в итоге не сильно помогло, — не оставляли служить на родине, отправляя по дальним базам во все возможные уголки мира.
— Ну и как они пойдут? — Вообще-то генерал Корчагин был как бы скорее таким себе «военным атташе», представляя в Эдинбурге СССР на дипломатическом фронте, и непосредственно в боях его участие и командование не предполагалось. Однако двадцать пять лет действующей службы не могли пройти просто так, и Павел Павлович, конечно же, сразу начал принимать деятельное участие в подготовке и организации самих боевых операций, благо опыта разного за плечами имелось в достатке. — Тут сразу четыре дороги, и это только шоссе, если брать основные.
— Да, уж не Полесье родное, — согласился майор Тарасов. — Тут одним танком движение целой дивизии не закупоришь…
Вообще-то и в Союзе дела с дорогами, в частности автомобильными, последние годы стали сильно лучше. Была принята большая программа по строительству четырехполосных дорог государственного значения с разделителями и развязками, в первую очередь для повышения безопасности движения, чтобы сделать невозможными лобовые столкновения. Ежегодно вводилось в строй порядка 7–8 тысяч километров магистральных дорог союзного значения, фактически речь шла о том, что спустя пару пятилеток старых опасных двухполосных шоссе вообще не останется, но даже с такими темпами плотность дорожной сети Союза все равно была сильно меньше, чем островная. Просто по причине принципиально иной плотности населения.
— Все дороги мы не перекроем, нужно выдвинуть на перешеек заслон из местных, чтобы они определили на месте направление движения.
— Они вообще охренели. Прут как на параде! Придурки, даже охранением не озаботились, придурки! — Майор Тарасов, не скрывая своего удивления, рассматривал на экране монитора длинную-длинную колонну 3-й бронетанковой «Железной» дивизии Великобритании. Собственно, выбор у Лондона был невелик, армия мирного времени и в гораздо более сытые времена не превышала 150 тысяч человек, а к началу 1997 года она «самотеком» сократилась до примерно 130 тысяч, из которых реально боеспособных частей было всего несколько штук. Ну и 3-я бронетанковая из них была единственной «тяжелой», которая способна теоретически была выполнять задачи в стиле «зайти и держать», а не только «прилететь, пострелять и улететь». — Мне даже как-то стыдно за них.
— Не уважают, — кивнул генерал и повернулся к представителю из местных, а именно генерал-майору Ирвину, первому из офицеров такого уровня, кто официально перешел под сине-белый шотландский
